От Москвы до Одера

Военным быть не планировал

Иван Рубленко — коренной сибиряк. Он родился 25 августа 1919 года в крестьянской семье Александра Ивановича и Пелагии Зиновьевны. Когда мальчику было пять лет, они переехали в Бурят-Монгольскую АССР (ныне — Республика Бурятия). Родители устроились служащими в Баргузин-Золото. В 1939 году Иван Рубленко с отличием окончил среднюю школу прииска «Карафтит» и без экзаменов поступил в Томский индустриальный институт на геологический факультет. Он мечтал посвятить свою жизнь поиску полезных ископаемых. Но парня вызвали в райком комсомола и предложили учиться в Томском артиллерийском училище. Обучение длилось чуть больше двух лет. Рубленко окончил училище в мае 1941 года, получив звание лейтенанта. Для прохождения дальнейшей службы его направили в 105-й артиллерийский полк Средне-Азиатского военного округа.

18 июля 1941 года наш герой попал на фронт в составе 105-го артиллерийского полка 24-й армии. Боевое крещение принял под Ельней, где командовал батареей. В августе 1941 года был ранен.

Залечив ранение, Иван Руб­ленко вернулся в действующую армию. С ноября 1941 года ему доверили командование батареей 82-го артиллерийского полка. Принимал участие в ожесточённых боях на подступах к Москве. Как вспоминал Иван Александрович, выгрузившись в Загорске (ныне Сергиев Посад), дивизия совершила марш через Москву и, заняв указанные позиции, с ходу вступила в бой с противником.

Он командовал взводом артиллерийской разведки. В ожесточённом сражении подразделение понесло тяжёлые потери. По воспоминаниям героя, к вечеру из офицеров в живых остались только фельдшер и он. Несмотря на ранение в ногу, Рубленко взял командование остатками роты на себя.

«Ещё днём я заметил на опушке леса две плохо охраняемых пушки противника, и ночью вместе с добровольцами мы подкрались к орудиям, перебили охранников, а после развернули пушки в сторону вражеского тыла и, расстреляв весь боезапас, взорвали их.

На обратном пути мы наткнулась на 12-летнего мальчишку, рассказавшего, что неподалеку находится землянка, где спят немцы. Ползком, в темноте, с трудом нашли землянку и через окно бросили внутрь несколько гранат. Вслед за взрывами бойцы ворвались в помещение. В живых нашли только тяжело раненного немецкого офицера. Собрав все документы, раненого офицера, с боем, потеряв ещё двоих бойцов, на рассвете вернулись на свои позиции», — поделился он воспоминаниями.

За мужество, проявленное в боях за столицу, он был награждён медалью «За оборону Москвы».

Форсирование Одера

В конце января 1945 года подразделение, которым командовал Иван Рубленко, вышло к реке Одер и получило задачу форсировать реку.

По воспоминаниям фронтовиков, Одер был серьёзной преградой. Ширина реки составляла 110 метров, а глубина — три-семь метров. Кроме того, западный берег местами превышал восточный на 20 метров. Это давало фашистам большое преимущество в обороне.

Высадившийся десант красноармейцев был встречен яростным сопротивлением фашистов. Чтобы не потерять отвоёванный плацдарм, бойцов надо было поддержать артогнём. Для его корректировки на западный берег отправился командир артдивизиона 16-й бригады гвардии майор Иван Рубленко с группой разведчиков и связистов. Во время переправы лодка была повреждена пулемётным огнём противника, поэтому разведчикам пришлось вплавь добираться до вражеского берега.

Выбравшись на берег, группа сходу вступила в бой. С места, где они оборонялись, хорошо просматривалась немецкая оборона. Рубленко передавал координаты дзотов и других укреплений противника, по котором открыла огонь артиллерия. Советские войска успешно начали форсировать Одер, расширяя плацдарм.

«Когда подошли к обломкам дота, месту обороны нашей группы, никто не верил, что под развалинами есть живые. Меня нашли лишь потому, что громко стонал»